Печать

Детские работы

    Мы представляем творческие работы счастливых детей, учившихся у замечательного словесника из Нижнего Тагила, кандидата педагогических наук, Ирины Рашидовны БАРАНОВСКОЙ, работающей, теперь заместителем директора информационно-методического центра в том же городе.

Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

 

                                    ОБРАЗ СЛОВА, ЗВУКА, ЧУВСТВА

Кудринский Артур, 5 класс

Шум дождя

Серый, унылый, шуршащий, шаркающий и булькающий старыми, полными воды галошами. Однообразный, нудный. Навевает скуку, налагает запрет, нарушает все планы.

 

Артюхова Маша, 6 класс

Шорох

Шорох – он шершавый, сухой, немного рябоватый. Одевается очень пестро. Многие говорят о шероховатости его характера: он неуживчив и ворчлив. Шорох очень любит посплетничать и постоянно нашептывает что-то прохожим. А ещё он просто обожает всех пугать и очень любит, когда люди замирают, прислушиваясь. А он не подает голоса до тех пор, пока они не успокоятся. Он вообще очень любит шуршать «соло» – в полной тишине.

 

Голова Юля, 7 класс

Скрип

Скрип стар, сварлив и склочен. К тому же он совершенный скряга. Его всклоченные редкие седые волосы, скрюченная фигура, костлявые ноги в огромных галошах, жиденькая бородка и длинный острый нос не вызывают у окружающих особого восторга. Но его голос! О, он просто ужасен! Это даже не скрип – это смесь самого вульгарного визга, звона внезапно оборвавшейся струны, скрежета пенопласта по стеклу, смесь противного нудного брюзжания и елейного заискивания. Немудрено, что вслед за этим отвратительным и довольно долго скребущим по нервам звуком следует быстрый и громкий хлопок, поспешно прекращающий его, но – увы! – ненадолго!

 

Кондратьев Вова, 7 класс

Чайник

У нас на кухне живет важный господин по имени Чайник. Я встречаюсь с ним каждое утро и по вечерам. Наша беседа начинается постепенно. Сначала Чайник молчит, как в рот воды набрал, затем начинает добродушно ворчать и, наконец, разгорячившись, вскипает.

Одевается Чайник простенько, но со вкусом: блестящий мундир стального цвета, такого же цвета шляпа с пуговкой на макушке. На носу он носит свисток, которым очень гордится.

Чайник никогда не был женат. Хотя говорили, что он женился, но это совершенная ложь. Никакая (даже треснувшая) Чашка не пошла бы за него замуж, так как он всегда кипятится по пустякам. К тому же Чайник страшный задавака и гордец. Он все время задирает нос и в горячке может плеснуть в Чашки кипятком, после чего в их отношениях возникают трещины.

Но у меня с Чайником сложились добрые отношения. Мне нравится смотреть, как он, раздувшись от важности, лихо дует в свой свисток. Мне кажется, что в эту минуту Чайник воображает себя господином Паровым Котлом или Паровозом. Будь у него колеса, он наверняка отправился бы путешествовать. Чайник очень любопытен. У нас на кухне он обследовал содержимое всех Кувшинов, Мисок, Бидонов, Тарелок, Тазов…

Единственное, что не нравится Чайнику, так это его имя. Не знаю, почему «чайником» стали называть неопытных, неумелых новичков. Но наш Чайник не такой. Никто не умеет приготовить такой чай, как наш Чайник. В этом деле он мастер! И обидное прозвище не имеет к нему никакого отношения.

Так он и живет, наш Чайник, такой обычный и удивительный.

 

Хамутова Таня, 8 класс

Тишина

Тишина… Это звук? Да! Вслушайтесь в него повнимательнее! Слышите? Не правда ли, она такая разная, эта тишина?! Тишина спящего зимнего леса, тишина в экзаменационных классах, тишина после тёплого летнего дождя, тишина после ссоры, тишина после отъезда осенью из любимого дачного домика, тишина осеннего листопада, тишина летних сумерек, тишина напряжённого ожидания… Тишина... Это звук? Да!

Вы всё ещё сомневаетесь?

 

Дрягунова Наташа, 5 класс

Одиночество

На краю крутого обрыва тонкая молодая берёзка. Листья облетели, вокруг только серое небо и тусклая пожелтевшая трава.

 

Кромм Саша, 8 класс

Печаль

Для меня печаль – это чувство, воплощенное в звуках. Я её слышу. Слышу в тихом шуршании осенней листвы, в стуке обложного дождя, в щемящем поскрипывании на ветру открывшихся дверей в заброшенном деревенском доме, в звуке далекого колокола, в протяжном гудке теплохода, в шаркающей походке стариков. Печаль я слышу и в музыке, которая запала мне в душу. Это щемящая мелодия флейты в «Жалобе Эвридики» Глюка, а еще «Вокализ» Рахманинова (не устаю его слушать!). Это поёт и тоскует русская душа, у которой даже печаль – широкая, бескрайняя, глубокая и светлая…